Вы здесь

Хабаровск:от самых первых дней

ХАБАРОВСК: ОТ САМЫХ ПЕРВЫХ ДНЕЙ

06.09.2007 | Архив

[Хабаровск: от самых первых дней]

(Продолжение. Начало в номере за 23 августа 2007 г.) В устье Плюснинки когда-то швартовались рыбачьи лодки, привозившие на Нижний базар свежую рыбу. Очень возможно, что речная парусная и гребная мелюзга раздражала профессиональных речников, а может, по другим причинам небольшой мелководный лиман при устье Плюснинки обозвали Вшивой гаванью.

Ныне обидная кличка забылась, давно нет базара и нет той рыбы. Сегодня в этом месте прекрасная набережная и берет начало Уссурийский бульвар - зеленая река города. Ныне носится «идея» переименования этой улицы Шевченко в Дьяченковскую, «идея» эта порочна по нескольким причинам, будем надеяться, что градохабаровское руководство оставит «идею» без последствий.
На мой взгляд, любые названия улиц, кроме нелепых, имеют право на существование. И нет нужды переименовывать их в зависимости от направления политического ветра. Вернемся теперь в Хабаровку. 
В Питере готовили образование нового генерал-губернаторства - Приамурского. По этой причине 28 апреля 1884 года (по старому стилю) в Хабаровке состоялась первая однодневная перепись населения, она была подробной и многоплановой. Переписали людей, живность, дома и еще очень многое. Фанз было 28, из них 21 принадлежала подданным Цинской империи, 7 - инженерному ведомству. Домов всего насчитали 485, из них 32 землянки. Разного рода сараев и нежилых зданий 327, в том числе бань - 14, отдельных торговых заведений - 1, кузниц - 2. Многое было выстроено небрежно, без учета климата и обилия грунтовых вод. Частных домов на каменных фундаментах насчитали всего 5. Отмечено, что наиболее опрятно содержатся землянки семейных солдат.
Первым генерал-губернатором Приамурья был назначен Андрей Николаевич Корф, барон из давно обрусевших немцев, с импозантной внешностью в духе императора Александра III, человек умный, но жесткий, а порою и жестокий. Одновременно был образован Приамурский военный округ и при нем Топографический отдел, от которого в Хабаровске осталось название переулка - Топографический. Оживилось строительство. На фотографиях Эмиля Нино 1886 года зафиксировано строительство дома генерал-губернатора (ныне Дом офицеров) на улице Алексеевской (Шевченко). Это был один из первых (или первый) каменных домов нашего города. Через дорогу от него началось строительство Военного собрания (ныне художественный музей).
«Кирпич должен быть хорошо вымят…»
Хабаровка по-прежнему носила черты военного поселения. 
Для ремонта боевой техники на южном склоне артиллерийской горы в 1886-87 годах построили несколько каменных зданий под мастерские, казармы и конюшни. Вскоре мастерские оснастили паровыми двигателями и металлорежущими станками, а также вагранкой - печью для плавки чугуна. Побывавший в Хабаровке в 1891 году цесаревич Николай Александ­рович отметил, что здесь, на далекой окраине России организовано небольшое, но передовое производство.
Вскоре мастерские начали принимать и гражданские заказы, а поскольку объемы заказов возрастали, в 1899 году было принято решение строить «первый» в городе завод - «Арсенал» (позже завод имени Молотова, «Дальсельмаш», «Дальдизель», ныне пребывающий в мертвом состоянии).
Время и дело выбирают лидеров, по-русски - запевал. В 1898 году в Хабаровск на должность начальника окружных артиллерийских мастерских из Ташкента прибыл болгарин - полковник Симеон Николаевич Ванков. Одного возраста с Хабаровском, он сыграл в истории города очень заметную роль. Первоочередной задачей Ванкова стало строительство завода. Закладка «Арсенала» произошла в мае 1900 года, а 21 ноября 1902 года, в час дня, была разрезана ленточка, и завод начал работу. К началу русско-японской войны «Арсенал» изготавливал артиллерийские снаряды. 
Однако вернемся к временам Корфа. Для строительства каменных зданий требовался кирпич, на склонах падей образовалось несколько кирпичных заводиков. Вот «ГОСТ» тех времен на производство кирпича: «… кирпич должен быть хорошо вымят, ровный, без изъянов и звонкий». Качество продукции было таким, что в тот кирпич с помощью молотка невозможно вбить дюбель - рикошетит. Вот кратко технология производства. Добытая в карьерах глина вылеживалась год, затем ее мяли лошадьми и формовали в специальных станках. Сырец сушили под навесами. Хорошо просушенный кирпич укладывали в печи, печи растапливали и поддерживали огонь около недели. После естественного охлаждения везли на строительство. Тот кирпич был несколько крупнее современного, но пропорции были такими же, как и теперь. Кроме красного, производили еще и серый кирпич, он прекрасно декорировал фасады зданий, и таких зданий в центре Хабаровска сохранилось немало. Ныне от бывших заводиков следов не осталось, лишь к северу от Первого микрорайона, неподалеку от улицы Юности, бывшей Межевой, пока остается громадный карьер бывшего завода стройматериалов. Немалая часть нашего города выросла из этой «ямы». 
Кладка шла на известковом растворе. То, что в раствор, именно в Хабаровке, добавляли куриные яйца - обычная легенда, не было в Хабаровке столько кур, чтобы яиц от них хватало и на питание, и на все строительство. 
Первыми каменными зданиями на улице Муравьево-Амурской стали двухэтажное здание канцелярии генерал-губернатора и гарнизонная гауптвахта с гарнизонным магазином Экономического общества (кооперативный военторг), они были построены в конце восьмидесятых годов ХIХ века. В день прибытия цесаревича Николая, 29 мая (по старому стилю) 1891 года, канцелярия функционировала и была богато разукрашена флагами. Канцелярия дожила до наших дней, ныне это четырехэтажное здание по ул. Муравьева-Амурского, 27. А здания гауптвахты нет, на этом месте ныне художественный салон по ул. Муравьева-Амурского, 15.
Минул ХIХ век, и начался строительный бум. Почти одновременно между улицами Инженерной и Лисуновской выстроены доходный дом Плюснина (государственная научная библиотека) и доходный дом Пьянковых (бывший магазин «Рыба» и «Минводы», сейчас - «Русская водка»). Напротив них - Общественное собрание (ТЮЗ) и аптечный магазин. В следующем квартале - Торговый дом Кунст и Альберс (1906-1912), ныне центральный гастроном, рядом - дом фотографа Такеучи с симпатичной круглой башенкой, через дорогу гостиница «Эспланад» (доходный дом Лухта, 1912 год). 
К трехсотлетию Дома Романовых вся центральная улица была застроена более или менее капитальными зданиями до Николаевской площади. В этих домах размещались преимущественно магазины, конторы, типографии и мелкие производства. Наиболее привлекательным на ул. Муравьево-Амурской стало здание Городской управы (позже - Дворец пионеров). Проект готовился на конкурсной основе, и победил архитектор Бартошевич под псевдонимом «Ижица в двух кругах». Конкурс предполагал общую площадь помещений, сметную стоимость и «…чтобы на Дальнем Востоке Русью пахло…». Здание выстроено в псевдорусском стиле (терем). Здесь же проявился мошенник, некто Торопов. Он получил 18 тысяч рублей на поставку кирпича и растворился в пространстве. Деньги изыскали вновь и здание завершили постройкой в 1909 году. С той поры оно, с литыми химерами под карнизом и флюгерами на крыше, радует взоры хабаровчан. Одна беда - городские голуби, они пренебрежительно относятся даже к шедеврам… 
Одним из первых каменных зданий по улице Тихменевской (Серышева) было выстроено двухэтажное кирпичное здание приготовительной школы Сибирского кадетского корпуса (ок. 1888 год). Ныне это левое крыло комплекса зданий штаба Дальневосточного военного округа. Западным фасадом здание выходит на улицу Запарина. Улица Тихменевская застраивалась преимущественно зданиями военного ведомства, отсюда название - Военная гора. Изламываясь в районе нынешней площади им. Серышева, она обрывалась Михайловским кладбищем с деревянной церковкой архистратига Михаила. В изломе улицы, на пустыре, был выстроен «Тюремный замок» (преступников и подследственных по переписи насчитали 11), ныне почти на том месте располагается СИЗО. Немало улиц города тех времен носили функциональные названия: «Тюремный замок» дал улице название Тюремная. Сейчас эта улица носит имя казахского акына Джамбула Джабаева.
Дом на улице Ленина, 15 
Военные защитили Хабаровку (центр) с двух флангов. По южному гребню пролегла улица имени военного губернатора Приморской области Баранова - Барановская. Первыми капитальными зданиями на ней стали военные казармы. Многие из тех зданий дожили до наших дней, только узнать их бывает трудно, над ними возвели еще по два-три этажа, облицевали и превратили в жилые дома. Сквозь облицовку проглядывает кирпичный декор конца ХIХ века. Тогда даже казармы украшали, и такой порядок вещей сохранялся до середины 50-х годов ХХ века. В 1896 году на Барановской построили Ольгинский приют. Это здание было двухэтажным и очень небольшим, его черты и поныне угадываются в здании детского дома №1. В годы Первой мировой войны силами австро-венгерских пленных дом был увеличен раза в четыре с той же этажностью, в 30-е годы здание надстроили до трех этажей и поставили там наблюдательную площадку ВНОС. В наши годы, учитывая очень большое количество сирот и детей, брошенных родителями, здание развернули уже на две улицы. Этот дом своего рода барометр бедствий наших детей и состояния нравственности общества.
Есть здание, облик которого сохранился до наших дней, - дом на улице Ленина, 15. Этот каменный особнячок родился в 1895 году и принадлежал Александру Васильевичу Плюснину. В разные годы у этого дома были разные владельцы. После национализации в 1922 году в нем почти сорок лет размещалась школа №3 имени Герцена, а в 1977 сюда поместили уникальный - за Уралом второй после Иркутска - геологический музей. Опасаясь за надежность перекрытий будущего музея, решили заменить лиственничные балки на стальные. Пришлось повозиться, окаменелая лиственница не поддавалась бензопилам, ее крошили едва ли не отбойными молотками. (Каменные дома Венеции стоят на сваях из русской лиственницы.) Ограждения лестницы и террасы второго этажа выполнены из чугунного литья. Литье изящное, может, каслинское, но скорее от артиллерийских мастерских, что были под Артиллерийской горой.
Поперечные улицы застраивались преимущественно деревянными домами, но были и каменные, очень привлекательные на вид. Дом городского головы Рассушина на ул. Запарина, 57, дом присяжного поверенного Волковинского (Запарина, 63), дом Грудзинского в переулке Арсеньева, 4. В то время и в деревянном, и в каменном зодчестве в моду вошел русский модерн. Говорят, будто этот стиль вдохновлял на творчество знаменитого французского архитектора Корбюзье. Может быть, и так, но вид модерна тех лет вселяет тревогу: посмотрите самолетные прицелы (самолетов еще не было) на балконах школы №35 с кованой розочкой в перекрестье, посмотрите на кованые пики, устремленные в небо над центральной аптекой, на резкие изломы плавных кривых в ограждениях на крышах. Похоже, что художники душой ощущали большие и страшные потрясения ХХ века, творимое ими будто создавалось их руками, но не их волей.
Фоторепродукции В. ТОКАРСКОГО из фондов Дальневосточной 
научной библиотеки.
(Продолжение 
в следующих номерах.) 
После образования генерал-губернаторства, наш город еще немало лет пребывал в транспортном отрыве от России. Но вот в 1891 году началось строительство Великого Сибирского пути, а на Дальнем Востоке Уссурийской железной дороги. 31 августа 1897 года из Владивостока в Хабаровск прибыл первый поезд, а в 1901, по завершении строительства КВЖД, в Хабаровск пошли поезда из Центральной России. На станции Хабаровск I был выстроен комплекс функциональных зданий: деревянный вокзал, пакгаузы, водонапорная башня для заправки паровозов водой. До наших дней дожила лишь водонапорная башня, она теперь стоит в центре автостоянки, обветшала, но пока хранит черты своей юности. Вокзал был уничтожен 5 апреля 1920 года при обстреле его японскими интервентами. Нынешнее здание вокзала третье по счету.
Второй мост в мире 
Строительство Транссибирской магистрали завершилось открытием моста через Амур в октябре 1916 года. На момент открытия это мост был вторым в мире по длине, здесь впервые в России применили железобетон в крупных объемах. Надводная часть моста состояла их 17 ферм общей длиной 1852 м. (морская миля). Сейчас мост реконструировали, мостовые устои достроили и пустили по ним первую очередь комбинированного, автожелезнодорожного моста. Одну из ферм сохранили для истории. Железная дорога стала катализатором для развития Дальнего Востока, она же дала Хабаровску первое среднее техническое учебное заведение, Железнодорожный техникум, который и сейчас готовит кадры для своих нужд. Прошло время и дорога вновь вдохнула жизнь в замершие производства. 
Важным элементом города являются улицы. В путеводителе к путешествию цесаревича отмечено, что все дороги пребывают в неудовлетворительном состоянии: «Горы и глинистый грунт улиц делают почти невозможной свободную езду по ним, и верхняя и нижняя части города соединяются в некоторых местах деревянными лестницами... Только проторены дорожки, а все остальное пространство покрыто лиственным лесом». В 1882 году город приступил к строительству дороги от Садового утеса до Урядовского. По отсутствии рабочей силы к строительству было привлечено 10 арестантов местной ссыльнокаторжной тюрьмы, что позже стало традицией.
В 1901 году городская дума ассигновала 10 тысяч рублей «для приведения улиц мало-мальски проезжий вид». Деньги делили, как тришкин кафтан. Одновременно со строительством дорог шло сооружение набережной, и бывало, что деньги, ассигнованные на подсыпку галькой улиц, уходили в дамбу набережной. Поскольку засыпка была дешевле, то в 1902 году, например, обошлись очередной галечной подсыпкой. 
Наконец летом 1903 года были предприняты первые пробы по замощению Муравьево-Амурской в районе Соборной площади. 11 июня 1911 года городская дума приняла решение о замощении вокзальной дороги.
В 1916 году в городе была проведена инвентаризация некоторых искусственных сооружений. По ее итогам составлена «Ведомость искусственных сооружений по улицам и дорогам города Хабаровска на 1 сентября 1916 года». В документе указывалось, что общая длина улиц, переулков и проездов в границах городской черты составляет 85,64 километра. Улиц совместно с переулками было насчитано 78. Общая площадь всех покрытий, исключая дворы и коммуникации ведомств, составила 43 582 квадратных метра. Сюда входили замощения улиц, площадок и так называемых шлейфов, ныне именуемых отмостками, и т.д. Чиновник, занимавшийся этим вопросом, учел все, вплоть до водослива пруда (9x3 сажени), располагавшегося в Плюснинской пади. Хотя материал замощений не указан, ясно, что преобладал булыжник. Однако встречались и другие покрытия. Так, до сей поры, можно видеть бетонное покрытие, которое прекрасно сохранилось около здания краевой научной библиотеки и около прокуратуры (дом Богдановых по улице Шевченко). Площадь всех покрытий составляла примерно 2% от общей площади городских улиц. Для содержания проезжей части в порядке, 16 ноября 1910 года городская дума постановила возложить эту обязанность на домовладельцев, мимо которых проходит дорога. В 1937 году от Дома офицеров до выхода на площадь Свободы по улице Карла Маркса был положен первый асфальт. Инициатором и организатором этой работы стал прибывший из Сталинграда на должность секретаря Далькрайкома Иосиф Михайлович Варейкис. Прочие улицы были заасфальтированы к середине шестидесятых. Ныне, при производстве земляных работ, открывается слоеный пирог всех прежних покрытий: до сорока сантиметров асфальт, под ним булыжник, внизу пескогравий. И все же кое-где мостовая сохранилась, хоть и не используется. При выезде из города, слева от трассы, за рядом старых тополей, забитая землей и заросшая травой, сохранилась старая булыжная автодорога Хабаровск-Владивосток. А у трибуны на площади Ленина, под асфальтом, от Пушкина, с выходом на Карла Маркса, лежала мощная брусчатка, уложенная в начале пятидесятых специально для парадов, для гусеничной техники. Не исключено, что время и события ее пощадили.
В Европе было много замков и крепостей. Со временем крепостные валы утратили свою значимость, по ним были проложены дороги, а зеленые задернованные склоны засажены деревьями. Некогда грозные бастионы стали красивыми, хорошо вентилируемыми аллеями - «больверками». С крепостных валов слово перекочевало на улицы городов, превратилось в бульвары и стало означать аллеи посреди широких улиц. Бульвары украшают Хабаровск, они его гордость и служат предметом зависти заезжих гостей. Хабаровск с 1864 года начал застраиваться в соответствии с планом. По этому плану склоны были разбиты на 
кварталы, а поймы речушек, наименованные Плюснинской и Чардымовской
падями, остались не разграниченными, по причине обилия более удобных земель.

Чардымовка и Плюснинка


16 мая 1900 года городской думой было принято решение о на-
чале строительства бульваров в падях. До поры до времени эти
территории использовались для различных случайных и временных сооружений.
Когда же в центре города стало тесновато, взоры обитателей все чаще стали обращаться к неудобьям.
Так, например, 8 сентября 1902 года городская дума рассмотрела заявление не-
коего Житникова об отводе земли под мастерскую в Чардымовской пади. Заявление
удовлетворили на срок до 1 июня 1903 года, когда в соответствии с решением должна
было начаться строительство бульваров.
С приближением заветной даты, определив, что такое колоссальное строительство городу пока не под силу, решили нарезать участки правильной формы и сдать их в аренду
с торгов сроком до июня 1908 года.
19 апреля 1906 года гласный городской думы (депутат с правом решающего голоса) Александр Васильевич Плюснин доложил, что в падях устроены харчевни, пивнушки, помещения сдаются в наем, как квартиры и прочее. Мастерские оказались далеко не 
на первом плане. Дума постановила: впредь сдавать участки по контракту, где указывать,
что вначале строится мастерская, затем жилье, но лишь для собственной семьи и наемных
работников.
Аренда земли приносила городу деньги, которых постоянно недоставало, поэтому
вопрос о бульварах в падях отодвигался на неопределенный срок.
Бульвар, впрочем, в городе имелся. Во всяком случае, так именовался участок городского сада. Была попытка озеленить и Муравьево-Амурскую. Для этого огородили столбиками гряды на всем протяжении от Соборной до Николаевской площади, сделали там посадки, но по какой-то причине начинание не прижилось. Ограждения были сняты, и проезжая часть полностью замощена. 
Идея строительства бульваров жила, но ее осуществление отодвигалось - не до
того было. На их месте в самом центре города разрастались жуткие задворки, именуемые в народе ныне забытым словом «Шанхай». 
Решение о строительстве бульваров было принято в период подготовки к 100-летию города. Работы по благоустройству падей начались в 1957 году. За год устья Чердымовки
и Плюснинки были заключены в коллекторы. Под будущие бульвары отсыпано два
миллиона кубометров грунта. Сегодня кажется невероятным, что в стране, залечивающей раны недавней войны, нашлись деньги на то, чтобы расселить из трущоб
людей, построить большой стадион и начать осуществление планов, зародившихся в
городе более, чем полвека назад. В середине шестидесятых годов отсыпка бульваров
была завершена, они были засажены деревьями и ныне представляют собой рощи
в центре города. 
Окончательное «покорение» Плюснинки и исчезновение последнего домика в
Плюснинской пади произошло 10 ноября 1982 года. Владельцами последнего дома по Милицейской 73 или Уссурийскому бульвару 65 были: Анна Ивановна Иванова, пенсионерка из бывших доярок на Чукотке и Гордей Романович Банкрашков, строитель аэродромов на территории от Приморья до Магадана, очевидец и участник многих интересных авиационных событий востока России. Жена Гордея Романовича, Наталья Алексеевна, до того, как приехать в Хабаровск, строила Магнитогорский и Кузнецкий металлургические комбинаты. Такая вот историческая семья. Утопающий в грушевом саду дом, где жили эти почтенные люди, построенный в 1911 году, был покрыт оцинкованным волнистым железом от компании Мак-Кормика с серой куропаткой в круге, украшен многоярусной резьбой, в его конструкции было много узлов из времен, когда строили без гвоздей. Дом снесли, а грушевый сад украсил берег нового пруда, возникшего чуть ниже старого, построенного в 1913 году к Юбилейной выставке в честь 300летия Дома Романовых. Тогда, почти сотню лет назад, по водной глади городского пожарного водоема маленький пароходик катал детей.

«Без воды ни туды и ни сюды»

В ночь на 10 августа 1971 года на город обрушился страшный ливень, он переполнил водоем, размыл плотину и пруд, где водились карасики и даже раки, вместе с грязью и мусором ушел в трубу Плюснинки. А замышляли пруд в самом начале века. Вспомним, как это было.
Хабаровск долго обходился той водой, что поставляли ему чистые речки и колодцы в падях. Но к концу девятнадцатого века в городе начала складываться нетерпимая в санитарном отношении обстановка.
В докладе «О рациональном водоснабжении г. Хабаровска», прочитанном Симеоном Николаевичем Ванковым на заседании отдела Русского географического общества в начале 1901 года, отмечается ужасающее состояние некоторых колодцев и так называемых ретирадных мест, даже в Общественном собрании города.
Главным героем доклада был городской водозабор - обычные мостки, расположенные чуть выше устья Плюснинки. Он уже не отвечал возросшим требованиям города к воде и не обеспечивал санитарных норм, так как выше по течению, в Амур стекали нечистоты из расположенного на Орловом поле китайского поселка и стоки от скотобойни с южного склона Артиллерийской горы.
После обсуждения доклада были приняты рекомендации: в верховьях Чардымовки и Плюснинки соорудить пруды для нужд городской пожарной охраны; продумать превращение самих речек в оборудованные городские сточные канавы для приема вод со склонов и отвода их на «приличное расстояние от водозабора»; выбрать новые места для городских свалок и просить горного инженера Пфаффиуса представить соображения об обеспечении города Хабаровска артезианской водой. 16 октября 1901 года на очередном заседании думы городской врач Любарский доложил, что артезианская вода неплоха, но содержит много взвесей. Наилучшей, по его мнению, является донная вода Амура.
13 марта 1903 года думой принято решение о строительстве городского водопровода, насосной станции и водозабора в 20 саженях от берега. Начавшаяся Русско-японская война отодвинула строительство. По окончании войны испросили разрешение на использование для постройки водопровода продовольственную ссуду, поступившую в город из министерства торговли в размере 200 тысяч рублей. 
25 октября 1905 года была образована водопроводная комиссия во главе с городским архитектором Борисом Андреевичем Малиновским. После изучения вопроса и необходимых изысканий комиссия определила стоимость постройки водопровода в 187 тысяч рублей. Дальнейшие события показали, что сумма эта оказалась заниженной почти в два раза от реально необходимой. Члены комиссии Мооро и Зуев с самого начала настаивали на большей цифре.
В течение 1906-1907 годов была выполнена прокладка водопровода и другие строительные работы. Под Урядовским утесом построили насосную станцию, сохранившуюся до нашего времени, она приводилась в действие паровичком. Вода закачивалась через эмалированную горловину и шла до Нижнего базара, где была построена небольшая водонапорная башенка, и там же осуществлялся водоразбор. Далее, вдоль Плюснинки водопровод шел до улицы Протодьяконовской, поднимался на Муравьево-Амурскую и разветвлялся. Самой дальней точкой водопровода была башня на нынешней улице Московской. Водопровод был устроен из чугунных труб диаметром около шести дюймов с фланцами, на свинцовом уплотнении. Вскоре, после пуска системы водоснабжения, возникла необходимость устройства на заборной горловине фильтра. В его необходимости я убедился уже в наше время. Когда водолазы подняли на лед для очистки кассеты фильтров, представляющие собой несколько слоев стальной крупноячеистой сетки, вся она была плотно забита щебенкой толщиной в палец.
Городская дума не ослабляла своего внимания к водопроводным делам. 30 октября 1907 года был определен штат служащих хабаровского городского водопровода. На том же заседании обсуждались вопросы о правилах пользования водой, обслуживании системы и перспективах на будущее.
Зимой 1907-1908 годов произошло размораживание отдельных участков трубопровода. Обследование показало, что, помимо некоторых мелких дефектов, часть труб общей длиной около двух верст заложена на недостаточную глубину, их нужно либо перезаложить, либо сделать над ними подсыпку грунта. Это потребовало дополнительных затрат на сумму 80 804 рубля. 
Весной 1908 года городская дума уважила просьбу Бориса Андреевича Малиновского об освобождении его от должности городского архитектора и назначении «заведывающим» городским водопроводом. Малиновский стал первым директором Горводоканала. Водопроводную комиссию, честно исполнившую возложенную на нее задачу, поблагодарили и объявили о ее роспуске. Домик, где жил Малиновский, сохранился (Кавказская 22) и принадлежит Горводоканалу.
Зимой 1995 года мне довелось работать на территории Горводоканала. Осмотрел сохранившееся первое здание водозабора, трубу, из которой давным-давно не идет дым. Говорили, что и старинный котел еще цел, но увидеть его не довелось. Современные мощные насосы продолжают работу, начатую дровяным паровичком в начале ХХ века. Только пить эту воду без очистки уже нельзя.

Да будет свет

Любопытно, что в год основания нашего города, на юге Франции вспыхнул пер-
вый электрический маяк. Хабаровке предстояло пройти через керосиновое
освещение двух видов и только через полвека получить электричество. Ученый-
орнитолог и общественный деятель Сергей Сергеевич Бабиков в 1890 году сетовал,
что в административном центре генерал-губернаторства на все уличное освещение
тратится 12 ящиков керосина. Все освещение укладывается в сумму 95 рублей 74
копейки. На пять мостов приходится четыре фонаря, поэтому в ночную пору седок
вынужден вылезать из экипажа и на ощупь переводить оный через мост. Идя по
улицам, освещенным чрезвычайно скудно, можно налететь на невыкорчеванный
пень или упасть в рытвину, не говоря уже про топи в оврагах.
Судя по фотографиям конца ХIХ века, керосиновые фонари стояли только
по улице Алексеевской и на перекрестках Муравьево-Амурской.
В начале века в городе появляются так называемые керосинокалильные фонари.
Конструкция их схожа с примусом. Раскаленные пары керосина сжигаются на поверхности металлической сетки, отчего она начинает светиться не хуже, чем электрическая спираль. Это был небольшой шаг вперед по сравнению с простыми фонарями. 
В соответствии с «раскопками» краеведа Сунгоркина, первый электрический свет хабаровчане увидели 26 июня 1896 года на пароходе «Благовещенск» купца Буянова. Вскоре электрическое освещение появилось на первой мельнице китайского купца, российского подданного Тифонтая, при православном крещении именованного Николаем Ивановичем. (В ночь на 21 июня 2007 года, мельница сгорела.)
В 1902 году электрический свет вспыхнул в цехах завода «Арсенал». 
Его первым директором был упомянутый Симеон Николаевич Ванков. Высокоэрудированный инженер, умница, патриот Хабаровска, он стал организатором «Товарищества на паях для освещения электричеством города Хабаровска». Общество планировалось в 200 паев по 500 рублей каждый.
Усилиями товарищества в 1906 году на берегу Амура на террасе, образованной
когда-то оползнем, была выстроена электростанция с паровым 300-сильным двигателем. Постройка ее, именно у Амура, была экономически оправдана. Во-первых, это в центре
города, следовательно, сокращаются расходы на строительство линий электропередачи. Во-вторых, удобно для поставки топлива. Оголовок дымовой трубы электростанции
едва возвышался над Соборной площадью. Дым и копоть из
трубы создавала Хабаровску особый шик. По европейским и американским меркам того времени это было почти правилом хорошего тона, тогда же Дмитрий Иванович Менделеев сказал, что отапливать котельные углем - все равно, что сжигать в топках ассигнации. 
Электрические столбы «зашагали» по осевой линии Муравьево-Амурской, по
другим улицам города и сделались едва ли не главными героями уличных фотографий
того времени. 1 ноября 1906 года на Муравьево-Амурской зажглись первые электрические
дуговые фонари. С тех пор многое изменилось в оборудовании и организации освещения. В здании первой электростанции долго размещалась Дальневосточная студия кинохроники, при реконструкции парка, историческое здание снесено. До наших дней дожили отдельные следы первого электрического освещения: изоляторы на краевой библиотеке (сняты при последней реставрации здания.) и кованный фонарный кронштейн на одном из старых домов по улице Ким Ю Чена. В 1934 году, в районе завода «Арсенал», была пущена в эксплуатацию общегородская электростанция под названием ХЭС (ныне это ТЭЦ-2).

20 лет спустя 

15 марта 1926 хабаровчане впервые познакомились с радиовещанием, в 1927 году было образовано хабаровское радио, которое, по утверждению ленинградцев было таким же интеллигентным, как Ленинградское. В 1933 году хабаровчане услышали Москву, а 2 августа 1936 года при встрече героического экипажа АНТ-25, Чкалова Белякова, Байдукова, трансляция из Хабаровска шла на весь Союз. 
Службы радио долго ютились в небольших помещениях рядом с кинотеатром «Гигант», наконец, в феврале 1969 года на весь Советский Союз прозвучало сообщение о том, что в Хабаровске заложен первый камень в строящийся Дом радио. На Артиллерийской горе начал подниматься каркас крупного здания. Строительство шло быстро, а потом все надолго замерло и родилась легенда, будто здание стоит на ненадежном, оползневом склоне. Легенда оказалась настолько устойчивой, что наша фирма «ДальТИСИЗ» получила задание заново проверить несущую способность грунтов. Геологи расчертили план застройки на клетки и наметили сеть инженерно-геологических скважин. Бурение показало, что Дом радио расположен на скальном основании, незначительно наклоненном в направлении перекрестка улиц Тургенева и Ленина, то есть: основание надежное и ни о каком оползне речи нет и быть не может. Что же случилось?
После сельских «реформ» Н.С.Хрущева, Дальний Восток и Хабаровск оказались без мяса и мясных изделий. Все завозилось из других регионов, где частные подворья также были угроблены, но условия для сельхозпроизводства были более благоприятны. 
Первый секретарь крайкома партии, Алексей Клементьевич Черный, заступивший на этот пост в 1970 году, принял решение строить в крае животноводческие комплексы. Решительно приостановив всякое строительство, кроме жилищного, все строительные силы он бросил на решение продовольственной программы. Для этих целей в край завезли большое количество так называемых «химиков», иначе - осужденных, условно освобожденных преступников. Были созданы молодежные строительные «бонивуровские» отряды. На селе закипела стройка, а некоторые городские объекты, в том числе Дом радио, надолго уснули. Строительство финансировалось Министерством связи и существовал порядок: если деньги выделенные на строительство не осваивались - финансирование прекращалось. Так Дом радио остался без строителей и без денег, высоченной коробкой с пустыми глазницами вместо окон.
В 1976 году начались изыскательские работы под будущие площадь Славы и молодежный комплекс от площади Славы на спуске улицы Кавказской в направлении речного вокзала. Я принимал участие в этих работах и обратил внимание на то, что массивный башенный кран у брошенного Дома радио, стоя без движения не один год, промял под собою рельсы и балласт на глубину 60-70 сантиметров - вот одна из причин появления легенды об оползне. Площадь Славы строилась к пятидесятилетней годовщине Великой Октябрьской революции ударными темпами. Кое-что «перепало» и Дому радио: с вновь построенного завода Алюминиевых конструкций завезли новехонькие оконные переплеты и вставили в зияющие в стенах дыры, а затем вновь наступила тишина.
1 августа 1979 года в Хабаровске открывался международный Тихоокеанский конгресс. Для его проведения на улице Шевченко, рядом со станцией «Орбита», был выстроен конференц-зал и вновь кое-что перепало Дому радио. Глазницы запечатали окрашенными шаровой краской листами оргалита, а на фасаде вывесили массивные литые чугунные гербы Советских республик, работы завода «Дальдизель». И вновь настала тишина, продолжавшаяся лет восемь. Наконец, ближе к концу 1990 года, хабаровские радийщики перебрались из старых тесных помещений на улице Запарина в новое здание, но приключения на этом не закончились, в какой-то точке перемерзло отопление и потребовались большие усилия, чтобы ликвидировать аварию. Такова история Дома радио, прослеженная изыскательским глазом от закладки до завершения. 

«Гидрогородок»

Гражданская война надолго затормозила развитие Хабаровска, строительство оживилось лишь после перевода властей Далькрая из Читы в Хабаровск. В марте 1925 года был восстановлен Амурский мост, в 1926 году выстроен новый комплекс на станции Хабаровск I. В 1928 году, почти одновременно, были завершены строительством Детская городская больница на Орловом поле по улице Тургенева и жилой дом первого в городе ЖСК работников ТОЗ (Шевченко 28), начался очередной строительный бум. 
Дома постройки тридцатых годов - гордость Хабаровска. В сочетании с застройкой начала века, они образуют красивый букет из зданий разных стилей: от модерна и псевдорусского до ампира, неоклассицизма и конструктивизма. Немало из тех зданий объявлено памятниками архитектуры государственного значения, а квартиры, именуемые «сталинками» - лучшие из квартир. 
После Гражданской войны в Хабаровске начали строить заводы.
В 1928 году пущен в эксплуатацию завод «Промсвязь». Первой его продукцией стали металлические изделия для воздушных линий связи, в войну делали мины, в восьмидесятые года наладили производство мотонарт для осмотрщиков линий. Сейчас завода практически нет, территория разобрана арендаторами, а незначительные остатки от завода производят натяжные потолки и раздвижные шторы. Второй по возрасту завод и второй, по состоянию, труп. 
В 1931 году одновременно началось строительство заводов: судостроительного, имени Кирова, «Авторемлес», для ремонта лесозаготовительной техники и авиаремонтного №24.
При обилии водных пространств и незначительном количестве сухопутных дорог, гидроавиация взяла на свои плечи груз освоения и обслуживания дальневосточной глубинки. В 1929 году на улице Яковицкой 14 (Шеронова 72) в двухэтажном особнячке купчихи Киселевой, обосновалось отделение акционерного общества «Добролет». Гидропорт расположился под Артиллерийской горой в артзатоне. Вскоре он занял помещения бывших артиллерийских мастерских, уже летом 1929 года оттуда стартовал в направлении североамериканского континента самолет АНТ-3 под командой Шестакова. 
9 января 1930 года, в первый коммерческий рейс, на Оху ушел маленький самолетик, пилотируемый Михаилом Васильевичем Водопьяновым. Вскоре здесь появились гидропланы Ш-2 Шаврова, немецкий «Дорнье-Валь», Си-47 Игоря Сикорского, в годы войны американские «Каталины». Самолеты сразу сократили расстояния, гидропланы перевозили почту, помогали больным, участвовали в помощи при стихийных бедствиях. В 1934 году был построен сухопутный малый аэропорт, потом - большой и в декабре 1956 года, на бетонную полосу аэропорта Хабаровск прибыл первый пассажирский турбореактивный самолет ТУ-104.
Гидропорт в 1957 году был полностью демонтирован, а 21й завод перешел на ремонт малой авиации, в 1987 году в месяц ремонтировали 12 самолетов и 6 вертолетов, в 1999 году - одну-две машины в месяц, в этом году - пожалуй - одна машина в квартал. Сейчас завод представляет собою автостоянку, одну из многих. «Лошадки», возившие в войну даже руду!!, летавшие в труднодоступные поселки - наступившей экономической формации не нужны, ей безразличны и самолеты и люди. 
Почти забыто имя «Гидрогородок», комплекс жилых и функциональных зданий гидропорта. Почти забыто, что пятеро из первых семи Героев Советского Союза имели к этой точке на карте прямое отношение. Будь моя воля, кусочек улицы Комсомольской, я назвал бы улицей Первых Героев. А еще наш город знавал дирижабли конструкции Умберто Нобиле. Однако вернемся к заводам.
Единственным заводом, который сейчас наращивает выпуск продукции - является Нефтеперегонный завод (бывший имени Серго Орджоникидзе). Он начат строительством в 1932 году, а в1935 выдал первую продукцию. Вначале он работал на привозной нефти с Северного Кавказа, в годы войны перешел на сахалинскую нефть. Зимой ее транспортировали в цистернах от Комсомольска, летом танкерами к причалу, а далее - коротеньким нефтепроводом, который сохранился и до наших дней. 
«Энергомаш» начал строиться в 1932 году, как Авторемонтный, позже - имени Кагановича, в пятидесятые он обрел свое нынешнее имя - «Энергомаш». В годы войны завод ремонтировал танки и в память об этом, на сорокалетие Великой Победы, в скверике на улице Лермонтова был установлен танк Т-34. Своим ходом он взобрался на пьедестал и навеки замер напоминанием о суровых годах и стойкости советского народа. В 1949 году завод приступил к производству мирной продукции: турбин для ТЭЦ, уникальных турбонасосов. О качестве его изделий говорит тот факт, что продукция завода экспортировалась в 30 стран. Сейчас немалая часть завода - вульгарные склады, да мелкие мастерские, говоря фигурально, по производству табуреток (и такое было). Еще в 1988 году планировалось, что к 2000 году выпуск продукции будет удвоен. Неблагодарное дело - прогнозы. 
Даже в годы войны в Хабаровске было построено 2 завода: Шиноремонтный и Экспанзитовый. Экспанзит - тонкий и легкий утеплительный материал для судов из коры пробкового дуба или Амурского бархата. Побочным продуктом завода были уплотнители для кроненпробок на бутылки с газированной водой.
Если дать краткую характеристику всем производствам - потребуется много страниц, потому ограничимся небольшим, но разноплановым списком.
1928 год - швейная фабрика (Восток»). 
1929 год - РЭБ флота. 
1936 год Локомотивное депо Хабаровск 2.
1939 год - Химико-фармацевтический завод.
1945 год - «Дальреммаш». 
1947 год «Эмальзавод».
1948 год - ЖБИ №2. 
1952 год - Картонно-рубероидный завод.
1954 год - ТЭЦ-1.
1958 год- Завод отопительного оборудования. 
1958 год - мебельная фабрика «Заря». 
1962 год - кондитерская фабрика «Спутник».
1965 год - дал первую продукцию «Амуркабель».
1975 год - Завод объемно-блочного домостроения. 
1977 год - Завод алюминиевых конструкций.
1980 год - Комбинат рыбной гастрономии. 
Большинство предприятий разместилось вдоль улицы Краснореченской, поближе к Амуру. Район получил имя - Индустриальный. Производства там соседствовали с жильем и не всегда удачно, порою на домики сыпался тончайший шлак от ТЭЦ.

Пустили шапку по кругу 

В годы войны жилье не строили, эвакуированные и прочие прибывшие ютились, как придется. Городили несусветные лачуги, лишь бы укрыться от дождя и холода. Требовалось обеспечить людей нормальным жильем. Вначале строили деревянные двухэтажные кубики, названные «домами специалистов» и капитальные двухэтажные кирпичные дома. К середине пятидесятых разработали поточный метод строительства и дома из силикатного кирпича стали расти, как грибы. 
Однажды лидер государства подсмотрел то ли во Франции, то ли в Германии дома для безработных из бетонных панелей и перенес эту порочную конструкцию на нашу землю. Мол, построим пока времянки, лет на 25… Изыскания под Первый микрорайон выполнили зимой 1961-62 годов, а первые жильцы въехали в свои квартиры весной 1964 года. Панельные хрущебы размножились невероятно, их дешевые плоские крыши ремонтируют почти ежегодно и от дешевизны они стали золотыми. В 1971 году проект усовершенствовали, в панели начали встраивать радиаторы отопления, первый такой дом появился на улице Кубяка, бывшей Раздельной.А затем построили несколько таких домов в Южном микрорайоне. При той системе, 70% тепла шло в дом, остальное в атмосферу. Финал был скверным, ударили сильные морозы и разморозились все (не один десяток) «модерновые» дома. В срочном порядке выполнили традиционное отопление, а когда радиаторы в стенах оттаяли - все квартиры залило грязной водой. 
В пятидесятые годы центральная часть столетнего Хабаровска представляла собою три строчки капитальных зданий по трем центральным улицам. Прочее было застроено небольшими частными домиками с редкими вкраплениями капитальных зданий. По весне все это утопало в цветущих грушевых и вишневых садах, а в августе базарные полки ломились от обилия дешевых местных фруктов, ягод и овощей. За четверть века склоны трех холмов были застроены капитальными зданиями. Выстроен Южный микрорайон, Прибрежный, Северный. «Пустыня» от поворота на спиртзавод до базы КАФ застроена довольно плотно, а на восток от Тихоокеанского шоссе уже дошли до бывшей сопки Ореховой. 
Жилья все равно не хватает, темпы строительства, нарастают, но пока не идут ни в какое сравнение с темпами при Советской власти, не говоря уже о ценах, прежде квартиры давали бесплатно. 
Первая в Хабаровке школа открылась в 1873 году. Она содержалась на частные пожертвования. Перепись 1884 года насчитала в Хабаровке 1324 неграмотных, (30%), но в Центральной России не владеющих грамотой было больше 80%. 
На рубеже веков в городе было несколько начальных школ, Женская гимназия, Кадетский корпус, Железнодорожное училище и Реальное училище. Учебные заведения были доступны всем желающим, имеющим средства. Впрочем, какая-то часть молодых людей училась на казенные средства, была такая статья расходов в городском бюджете. Для помощи нуждающимся устраивали лотереи - аллегри (мгновенные). В 1902 году энтузиасты просвещения создали «Общество воспомоществования нуждающимся учащимся учебных заведений Министерства Народного просвещения», возглавил общество уже известный Ванков. Пустили шапку по кругу и на собранные деньги покупали нуждающимся одежду, оплачивали обучение и, будьте уверены, ни одна копейка не прилипла к рукам попечителей и даже наоборот, они вносили деньги из своего кармана первыми.
Купцы и владельцы винокуренного завода (Ликероводочный) - Пьянковы пожертвовали городу 100 тысяч рублей на открытие в городе высшего учебного заведения. Эти колоссальные средства в годы войн бесследно исчезли и первый институт - Медицинский, был открыт только в 1930 году. 
Институт разместился в бывшей Женской гимназии, но из-за недостатка площадей, здание вскорости надстроили и при этом стесали кирпичный декор. Ныне от красивого здания остался лишь небольшой фрагмент на улице Запарина. В 1962 году институт перешел в новое, монументальное здание, едва не последнее красивое от начала борьбы с «архитектурными излишествами».В 1938 году открыли Педагогический институт, почти 70 лет он готовит для Дальнего Востока учителей. Для института выстроили отличное здание, которое и в наше время является одним из украшений центральной улицы. Подобные, монументальные, даже грандиозные здания, выстроили для Института инженеров железнодорожного транспорта в 1939 году и для Политехнического института.

Вдоль реки белым парусом

А Институту культуры по части архитектуры не повезло, обычная серая, оттепельная хрущевка. Такая же хрущевка с убогими пилястрочками - бывший университет Марксизма-Ленинизма, сейчас филиал Государственной Научной библиотеки. 
В 1957 году, под шумок, облагородило свое здание Амурское Управление речного пароходства и превратилось конструктивистское творение а-ля «Белое солнце пустыни» в благородное здание, в стиле неоклассицизма, хабаровское адмиралтейство. Это здание пожурил за украшательство архитектор Е.Д. Мамешин в своей брошюре «Наш город», вышедшей к столетию Хабаровска. Пожурил по обязанности, поскольку сам Ефим Дмитриевич излишества любил и, когда мог, творил эти излишества. (Примеры: площадь Ленина и Мединститут.)
Неплох на вид Институт физкультуры, одна беда, разместился он на бывшем погосте и при рытье котлована, ковш экскаватора вынимал из земли кости первостроителей Хабаровска. Могил на кладбище, Иннокентьевской церкви было немного. Вначале она была деревянной, а в 1898 годы было выстроено каменное здание. То кладбище служило недолго, вскоре стали хоронить на том месте, где ныне площадь им. Ленина. На плане города 1884 года, на месте площади Ленина, условным знаком нанесена часовня, кладбища уже перекочевали в район нынешнего автовокзала. Там было три кладбища: православное, католическое и магометанское. Религии делят людей и при жизни и после смерти…
Город застраивался вдоль реки, как транспортной артерии, и в начале шестидесятых представлял собою громадную букву «Т». Десятикилометровая «нога» простиралась от Комсомольскойплощади до аэропорта, на нее опирались «плечи» по 15-20 километров. Сложный рельеф, несколько мелких речушек, овраги, разрезали город на околотки, связь между которыми была возможна лишь по кривым улочкам, через небольшие мостки. Для прокладки вдоль Амура магистральной трассы, в 1963 году была выполнена топографическая съемка. Нехватка средств не позволила сразу приступить к работе и дело затянулось надолго. Помогло, как ни странно, наводнение 1984 года (+6,25м.). В августе вода пошла на подъем. На отсыпку защитной дамбы были мобилизованы «Кразы», «Татры», «Магирусы» и другие крупнотоннажные самосвалы. Сейчас подобное не под силу, а тогда мобилизовали необходимую технику и в считанные дни защитили пониженные участки города от наводнения. 
Дамба прошла почти по трассе изысканий 1963 года. Бульдозеры и грейдеры утюжили балласт, геодезисты контролировали уровень гребня и отбивали на местности отметку +7,50м. - возможный максимальный уровень подъема воды. Земляное полотно было создано, оставалось еще много работ, но основа была. Сейчас по улице, которая носит четыре имени, Пионерская, Ладожская, Шевчука (бывшая Заливная - заметим), Павла Морозова со свистом несутся легковушки и молодые, рисковые «наездники» воспринимают эту дорогу, как должное. Имя председателя горисполкома и почетного гражданина Павла Леонтьевича Морозова, дано улице неспроста, он руководил городом с 1971 по 1981 год, именно за это время были застроены склоны Плюснинской и Чардымовской падей, возведен Конференц-зал, пущен троллейбус, построено новое здание для Театра Музкомедии. 
Была у Павла Леонтьевича привычка: задолго до начала рабочего дня пройтись по какой-то улице, осмотреть строящийся объект. 31 июля 1979 года, накануне открытия Тихоокеанского конгресса, над городом пронесся ураган с ливнем. Поломало деревья, кое-где повредило кровли. Рано утром председатель Горисполкома обратился к горожанам по радио и телевидению с просьбой выйти на улицы и сделать уборку, нехорошо принимать гостей в грязном городе. На улицы вышли «градохабаровцы» с метлами, лопатами, бензопилами и, на удивление иноземцам, к обеду город был чист.

Требовался… трамвай

В семидесятые годы планировалось проткнуть тоннелями среднюю гору и пустить по Хабаровску скоростной трамвай. Пока замысел не реализован. История обычного трамвая началась 6 марта 1901 года, когда торговый дом «Тифонтай и К»» обратился в городскую думу с предложением построить конно-железную дорогу. Отцов города смутило то, что Тифонтай претендовал на самостоятельное нормирование оплаты перевозок, кроме того, решили, что трамвай предпочтительнее. Тогда денег на строительство не нашлось.
Вместе с тем, по свидетельствам старожилов и картографическим материалам дореволюционных лет, известно, что от вокзала до Николаевской (имени Ленина) площади ходил крохотный, из одного-двух вагонов, пассажирский составчик, приводимый в движение маленьким паровозиком; была узкоколейка и из района нынешнего «Энергомаша» до Амура в районе судоверфи. По условиям хабаровского бездорожья узкоколейка была хорошим транспортным средством, но до трамвая дело так и не дошло.
Потом была война, за ней еще одна. В конце тридцатых, когда население Хабаровска приблизилось к 200 тысячам человек, вновь был поднят вопрос о трамвае, но 1941 год все перечеркнул.
После войны Хабаровск превратился в большую строительную площадку, автотранспорт едва справлялся с перевозками. Городу требовался трамвай, и его строительство началось в 1953 году.
Стройка была всенародной. Более всего помогли железнодорожники из локомотивного депо Хабаровск 2. Путейцы делали отсыпку полотна, ведущие заводы города изготавливали различную оснастку, одновременно шло строительство трамвайного депо № 1. Для строительства было завезено только гравия около 200 тысяч кубометров. Краевая газета тех дней регулярно печатала сводки о ходе строительства. И если кто-то был помянут в них недобрым словом за необязательность, нерасторопность, можно было считать, что на должности он не удержится - так свидетельствуют ветераны. Всего горожанами было отработано 50 тысяч человеко-дней, причем в иные воскресенья выходило столько людей, что не хватало рабочих мест. Работали весело, с задором и песнями, попробуй-ка нынче так мобилизовать людей - не получится, а в те годы хабаровчане работали для себя, для детей и внуков. Тем временем во Владивостоке шла подготовка трамвайных вожатых.
5 ноября 1956 года в 16 часов на Вокзальной площади состоялся митинг трудящихся Хабаровска, посвященный окончанию строительства и пуску первой очереди городского трамвая. Пассажирами первых вагонов были строители, а потом до поздней ночи катались все, кому посчастливилось попасть в трамвай, и желающих было не счесть. Казалось, весь город вышел на улицу поприветствовать трамвай и прокатиться. Но все же первый трамвай, пилотируемый Николаем Ивановичем Жуковым и его напарником, прошел по городу поздним вечером 4 ноября, надо было проверить все сооружение в сборе. 
В год столетия Хабаровска побежал трамвай на Базу КАФ. Последние, на данный момент, пути были уложены в 1979 году, и 6 марта по ним пошел маршрут №6. Было запроектировано проложить маршрут от улицы Лазо до остановки Судоверфь, рельсы того маршрута были уложены на путепроводе у Первого микрорайона и закатаны асфальтом. Началось строительство БАМа и дело отложили. Сейчас уличное движение в Хабаровске, несмотря на замечательные путепроводы и развязки, начало превращаться в стояние, а трамвай идет и идет себе по рельсам. Не очень быстро, но иногда, быстрее, чем автобусы. Жаль только, что трамвайная сеть не густа. 
Как уже отмечено, Амур был первой транспортной магистралью города, тем удивительнее, что до сих пор не организовано движение скоростных речных «трамваев». Проезд будет дороговат, но, например от Амуркабеля до Политехнического института теплоходом «Заря» или «Полесье» можно будет добраться быстрее, чем на маршрутке или автобусе. Надо лишь подходы организовать. Это конечно фантазии, а почему нет?

От синема до видео

Задолго до образования в Хабаровске Института Культуры, в помещении Общественного собрания ставили любительские спектакли, требовалось как-то скрашивать досуг. Первый театральный сезон открылся осенью 1894 года опереттой «Перикола». Потом был образован театр Матеуса и даже зимний цирк на пересечении улиц Пушкина и Муравьево-Амурской.
В 1912 году в доме Зандау открылся синематограф «Гранд иллюзион». Гражданская война остановила шествие культурного прогресса, но уже в 1926 году в помещении бывшего Военного собрания начал работу Театр Музыкальной комедии, а в 1930 году открылся кинотеатр «Гигант», равного которому не было до Урала. В 1934 году, в комплексе Дома Коммуны построен большой зрительный зал. В 1945 году Народный Комиссариат Внутренних Дел подарил это помещение городу и 16 марта 1946 года там открылся Краевой театр драмы. Театр Юного зрителя был основан в 1944 году.
Театры, а особенно кино, привлекали молодежь. На просмотр фильмов «Трактористы», «Чапаев», «Валерий Чкалов», пешком ходили даже с Красной речки.
После войны, каждое крупное предприятие города стало обзаводиться собственным Домом культуры, причем, большинство из них строились по типовому проекту. В этих ДК работало много секций и кружков, но и фильмы там крутили. Одновременно в разных районах города было построено несколько кинотеатров, телевидение, образованное в 1960 году, пребывало в зачаточном состоянии и на первых порах привлекало лишь пожилых семейных людей. Был летний кинотеатр в парке «Динамо». Последним, открытым в год 125-летия города, стал кинотеатр «Хабаровск» в Северном микрорайоне. Затем начался упадок кинематографа, некоторые здания отдали под молитвенные дома, а в некоторых разместились лавки и лавчонки. Повезло пожалуй только кинотеатрам «Молодежный», там сейчас Театр кукол, в бывшем «Пионере» сейчас театр пантомимы «Триада», «Сатурн» передали Институту культуры. Немного выиграл клуб завода «Энергомаш», в правом крыле которого разместился симпатичный Музей города Хабаровска. 
«Совкино», «Гиганту», кинотеатру «Восход» - посчастливилось выжить, сейчас они набирают зрителя еще и оттого, что там установлена новая кино и звуковая аппаратура. Закордонные тупые ужастики пока не покинули экраны, но наконец-то началось возрождение настоящего отечественного кино. Что до новых кинотеатров, родились еще два кинотеатра «Голливуд» и «Маджестик», какое-никакое прибавление, не все же - терять. 
В советских кинотеатрах была традиция: на эстраде в фойе, перед сеансом играл небольшой оркестр, и профессиональные певцы исполняли отечественные и зарубежные песни. Сейчас это забыто. В летние дни в городском саду над Амуром (ПКО), по давней традиции играл оркестр. Начался рынок и традиция замерла…
Но наконец-то, спустя много лет, в июне 2007 года в городском саду вновь заиграл симфонический оркестр. Нет маэстро Виктора Зигфридовича Тица, царство ему небесное, но оркестр играет и, значит, живет традиция, подаренная нам, «хором» военной духовой музыки в конце ХIХ века. 
Бронзовый граф слушает музыку и задумчиво смотрит в даль, туда, где вся остальная Россия, за его спиной Дальний Восток. 29 мая 1991 года в присутствии гостя, цесаревича Николая, хабаровчане открыли памятник генерал-губернатору Восточной Сибири Николаю Николаевичу Муравьеву-Амурскому. Его трудами и мудростью Россия вернула землю, обретенную еще при царе Алексее Михайловиче.


Тайны забытых памятников… 

Когда дальневосточники узнали о кончине почитаемого ими человека, то решили непременно установить ему памятник. Памятник строили в складчину, на народные деньги. Скульптуру сотворил академик Опекушин из бывших крепостных крестьян. Тремя океанами и Амуром бронзовый Муравьев шел сюда, чтобы при общем сборе Хабаровчан, подняться на пьедестал. 
Жизнь памятника оказалась недолгой, в 1925 году он был низвержен и утверждают, что в конце 20х годов стоял в Краеведческом музее, во всяком случае таким было распоряжение, подписанное Я.Б.Гамарником. Судьба первой скульптуры очень непроста, она требует исследования…
Идея восстановления памятника прозвучала еще в конце 60х. В год 125летия, как промежуточный вариант, там установили колонну с корабликом и начали сбор средств на скульптуру. В 1992 году, в день рождения города, памятник Муравьеву открыли вновь и тогда же Муравьево-Амурской вернули историческое имя в исторических границах.
Вторым памятным знаком стал обелиск солдатам-строителям Уссурийской железной дороги. Обелиск, высотою около 15 метров был увенчан 35пудовым чугунным литым орлом работы Артиллерийских мастерских. В цоколь была вмурована чугунная доска с текстом: 
«Повелением императора Александра III Уссурийская железная дорога была начата постройкой 19 мая 1891 года. 
31 августа 1897 года, в царствование императора Николая II ее постройка была окончена. Войска Приамурского военного округа, будучи призваны к строительству пути, Значительную его часть исполнили своим трудом. 
Да этот свидетельствует памятник, что воины российские, стоящие грозным оплотом на отдаленнейшем рубеже империи, одинаково служат отечеству, как оружием, так лопатою и топором.
Слава русскому солдату!»
Литой орел был сшиблен при японском обстреле 5 апреля 1920 года, обелиск прослеживается на фотографии 1928 года. Дальнейшая его судьба неизвестна.
В 2007 году памятник был восстановлен в граните и поставлен на перроне у обновленного вокзального здания. Инициатива восстановления памятных знаков принадлежала Хабаровскому отделению Всероссийского общества охраны памятников, Краеведческому музею, Краевой Научной библиотеке, и персонально: Антонине Константиновне Дмитриевой, чьими заботами и трудами был обновлен памятник Пушкину, Марии Федоровне Буриловой, офицерам в отставке - Григорию Григорьевичу Левкину и Ивану Ивановичу Кандаурову. 
Следующим в Хабаровске памятным знаком поднялся в Хабаровске памятник В.И.Ленину работы Манизера на бывшей Николаевской площади. В 1925 году памятник был установлен равноудаленно от бывшего Реального училища и от Центрального телеграфа. В то время площадь представляла собою возвышение с остатками давно закрытого кладбища. В 1929 году, после событий на КВЖД там были похоронены пятеро (или семеро) погибших красноармейцев. Их могилы, об этом свидетельствует фотография из альбома Хабаровской военной комендатуры, располагались к югу от памятника Ленину. 
В 1950 году, когда градоначальником был Алексей Дмитриевич Еремин, площадь Свободы основательно реконструировали. Памятник Ленину был перемещен на свое нынешнее место, а над могилами был поставлен невысокий обелиск в окружении венка. 
Работами руководил главный архитектор Хабаровска, фронтовик, уроженец Алтая, Ефим Дмитриевич Мамешин. По его рассказам, работы начали зимой. При разборке пьедестала не обратили внимания на разноразмерность гранитных блоков и не промаркировали их. Когда дошла очередь до сборки на новом месте и стала очевидна промашка - пьедестал в темпе перепроектировали и собрали уже иной пьедестал. Далее последовали трудоемкие планировочные работы, а когда все было завершено - Хабаровск получил вторую в Союзе по размерам площадь. (Бывшую Николаевскую, бывшую Свободы, бывшую Сталина, ныне - площадь Ленина) Площадь получилась исключительно удачной, конечно не было нынешних красивых и дорогих плиток, но и время было послевоенное. 
Во главе композиции - большой фонтан, маленькие фонтаны по контуру и цветочные клумбы. Уж что-что, а цветы хабаровчане любят всегда. Однако вернемся к захоронениям у подножия памятника. В 1997 году, в бытность градоначальником Павла Дмитриевича Филиппова, началась новая реконструкция площади Ленина. Работами руководил Александр Ефимович Мамешин, сын Ефима Дмитриевича и здесь отразилась преемственность в архитектуре: нынешний фонтан крупнее и богаче прежнего, но форма та же, те же мелкие фонтанчики, те же газоны. Данью памяти осталась лестница у западного крыла Мединститута. А захоронений, над которыми стоял невысокий обелиск в венке - не нашли. Трудно сказать, что было причиной, одной из них мог стать преждевременный снос памятного знака. Работы начались под зиму, грели грунт, раскопали большой котлован и - никаких намеков…
Нынешняя площадь великолепна, смущает лишь то, что от переизобилия автомобильного транспорта, заболели красавицы елочки за трибуной, у стены бывшего Реального училища.

Файдыш - Крандиевский и другие

Изменилась и Комсомольская площадь, бывшая Соборная, бывшая неофициально - Красная. Открылся вид на Амур, открылась колоннада Дома офицеров, бывшего дома генерал-губернатора. Выстроен Собор. 
Отреставрирован памятник Героям Гражданской войны, у которого своя история. 25 октября 1922 года части НРА вошли во Владивосток, «проводили» непрошенных гостей и тем была поставлена точка в многолетней, изнурительной, навязанной России войне. В начале 1948 года московский скульптор Андрей Петрович Файдыш-Крандиевсий был приглашен в комитет по делам искусства при Совете Министров СССР, где ему предложили ознакомиться с поступившей из Хабаровска заявкой на сооружение в городе памятника героям Гражданской войны. В соответствии с заданием, требовался памятник строгой формы, отражающий прошедшие героические события и хорошо вписывающийся в архитектуру Комсомольской площади. В процессе творческого поиска родилась композиция: рабочий - комиссар, крестьянин - партизан и молодой солдат. Поскольку речь шла о памятнике народу - ни одна из фигур не стала портретом исторического прототипа. В 1950 году эскизный проект был одобрен в Москве и Хабаровске, после чего началось изготовление модели фигур метровой высоты. Параллельно со скульптором трудился архитектор М.О. Барщ. Ознакомившись с архитектурой Комсомольской площади, он выбрал для установки памятника такую точку, чтобы памятник располагался симметрично относительно красных линий площади и был виден с улиц Шевченко и Карла Маркса. В Москве он, возглавлял бригаду по изготовлению блоков для пилона 22-метровой высоты.
Тем временем Файдыш-Крандиевский приступил к самой ответственной работе - изготовлению скульптурной группы в натуральную величину. Вначале из дерева и металла был изготовлен каркас, затем, переносом размеров семикратным увеличением, из особо пластичной Пулковской глины по каркасу вылепливались фигуры. Работа длилась около полугода. Отливка фигур производилась по восковой технологии на Мытищинском заводе художественного литья (там позже был отлит Хабаров). Весной 1956 года элементы памятника прибыли в Хабаровск и начался монтаж. Наконец работы были закончены и 25 октября, в день окончания Гражданской войны на Дальнем Востоке, на Комсомольской площади состоялся митинг. Ровно в 14 часов под звуки гимна Советского Союза с 22-метрового памятника слетело укрывавшее его полотно…
Немного об Андрее Петровиче Файдыш-Крандиевском.
Андрей Петрович родился в творческой семье, его мать, Надежда Васильевна была скульптором, а тетушка Наталья Васильевна Крандиевская-Толстая - поэтессой. Это с них, с сестер Крандиевских, Алексей Николаевич Толстой списал своих «Сестер» в романе «Хождение по мукам». 
Читая мемуары летчиков-испытателей, я несколько раз встретил имя нашего скульптора, как автора бюстов знаменитых летчиков, а так же особо секретного академика Королева, отца нашей космонавтики. Он создал знаменитую титановую ракету на ВДНХ в Москве, памятник Циолковскому в Калуге... Вот какой человек сотворил памятник на Комсомольской площади. 
Полюбуемся обновленной площадью и пойдем к Ерофею Павловичу Хабарову, чье имя носит наш город, но вначале перенесемся в день празднования 50летия города. Тогда неподалеку от памятника Муравьеву состоялась закладка первого камня в пьедестал памятника Семену Дежневу. Была готова модель скульптора Хоботовой и даже частично собраны деньги. Памятник не состоялся, было много других забот, а Хоботова будто бы даже попеняла отцам города, что город тонет в грязи, а вы памятники ставите… 
Прошло много лет, закончилась Отечественная война, и идея возродилась в другой талантливой душе. Абрам Пейсахович Мильчин прибыл в Биробиджан на волне заселения Еврейской автономной области. Вскоре талантливого паренька приметили. Образования, можно сказать, никакого, но берет в руки кусок глины - и он оживает, берет кисть - и пишет картину. Пригласили в «Биробиджанскую звезду» художником в отдел иллюстраций и одновременно в местный театр. Вскоре будущего скульптора направили в Московскую студию при ВЦСПС под руководством знаменитой Мухиной. Через два года студия закрылась, но Мухина добилась, чтобы ее талантливый ученик продолжил образование в Суриковском институте, даже не имея законченного среднего образования. Поступил в 1938-м, а в 1941-м - война. 
Интеллект берегли, искусство тоже. Суриковский эвакуировали в Самарканд, но Абрам Пейсахович пошел в ополчение, а потом и в армию. Учитывая исключительный природный глазомер, вначале был направлен корректировщиком в артиллерию, а затем переведен в военные топографы. После перенесенной в войну контузии, учиться не смог, нуждался материально и поэтому вернулся в Биробиджан. В 1948 году он жил уже в Хабаровске. Его первая послевоенная скульптура «Последняя граната» на краевом конкурсе получила первый приз, но после выставки бесследно исчезла, сохранилась лишь фотография: боец, привстав на одно колено, делает мощнейший замах гранатой. Промахнуться нельзя! Следующей его работой стал, заметим! - Семен Дежнев, идущий по тундре. Далее была работа над скульптурой Хабарова. При его создании, Мильчина консультировали историки Рябов и Штейн. Человека, который послужил прототипом для скульптуры, в природе не существовало, но обликом Хабаров напоминает дальневосточного художника Алексея Васильевича Шишкина. В 1953 году, когда статуэтка была готова и объехала ряд восточноевропейских столиц, в чьей-то почтенной голове родилась мысль: «А почему бы не поставить памятник этому вологодскому мужику?» Идея была поддержана, тем более что в гипсе скульптура уже существовала. Мильчину отвели самый высокий цех на заводе имени Кирова. Модель он делал дважды, и дважды она рушилась. По габаритам памятник - безусловно инженерное сооружение, а в Хабаровске не оказалось специалистов по армированию таких конструкций. С третьего захода модель, наконец, вознеслась под крышу цеха, и тут собратья по профессии прогнали автора от скульптуры. Причина простая - он очень ревностно относился к плодам своего труда. Иногда готовое начинал доделывать, а то и просто рушить. За работу по изготовлению форм взялся единственный в городе форматор, скульптор Бо.  http://www.toz.khv.ru/newspaper/arkhiv/2007_09_06_khabarovsk_ot_samykh_pervykh_dney/